Клиника «АЙБОЛИТ»: тайны подвала и уборщица с характером. Часть 1
Утро в ветеринарной клинике «Айболит» начиналось с грохота ведра и крепкого словца. Галина Петровна — женщина, которой сама судьба вручила швабру и миссию хранительницы порядка, — уже наводила свои владения. Её руки, помнившие и деревенский навоз, и городскую грязь, уверенно орудовали тряпкой. А язык — ну, этот инструмент был поострее любого скальпеля, что лежал в операционной.
— Опять дрыхнете, сердешные? — обратилась она к клетке, где рыжий кот с перевязанной лапой тоскливо провожал её взглядом. — Лежите, небось, в тепле. А я тут за вас спину гну с пяти утра, мать вашу. Зарплата — смех один. Зато начальница — та ещё «цаца»: губки бантиком, бровки домиком, а сама ведро в руках ни разу не держала. Только пальчик на мышку класть умеет.
Галя профессионально выжала тряпку — так, что вода брызнула в разные стороны, — расправила плечи и вышла в коридор. Там, в зоне ожидания, сидели двое посетителей. Женщина с перевязанным хомяком в переноске и мужчина, который держал на руках кота. Оба уткнулись в телефоны, надеясь, что она их не заметит.
Надежды не оправдались.
— Слышь, милок, — бесцеремонно начала Галина Петровна, подходя к мужчине. — Кота привёз? Правильно. Только ты думаешь, что здесь просто лечат, да? Ой, наивный ты человек...
Мужчина поднял глаза, и Галя, понизив голос до таинственного шёпота, продолжила:
— Я вчера на ночную смену зашла — ведро своё дурацкое забыла в подсобке. А в подвале... слышу — голоса! И не мяукают, и не лают. Вроде по-человечьи, но такое... будто формулы заклинают. «Калий-марганец-хлор» или что-то в этом роде. Ну я, грешным делом, подумала — может, самогон варят? Но нет, они ж интеллигентные, они же врачи...
Галя сделала паузу, поправила косынку, съехавшую на нос, и перешла на заговорщицкий шёпот:
— А потом смотрю — в журнале у них записи странные. Цифры типа координаты какие-то. Я себе на бумажку списала, пока главврач в туалет отошёл. На память, так сказать. Мало ли, пригодится. Думаешь, если я в прокуратуру позвоню, они меня за сумасшедшую примут? Или, может, меня как свидетеля в программу по защите свидетелей возьмут? Я бы не отказалась — на море посидеть, от хлорки отдохнуть, мозги поправить.
В этот момент из кабинета вышла заместительница директора — та самая «цаца» с идеальной причёской и взглядом, который мог заморозить даже кипящий чайник. Она посмотрела на Галю. Воздух в коридоре будто охладел на пару градусов. Но Галина Петровна, привыкшая к любым погодным условиям, даже не моргнула. Она подмигнула мужчине, грациозно, насколько это было возможно с её комплекцией, подхватила швабру и двинулась дальше наводить порядок. Проходя мимо, она почти беззвучно прошептала:
— Завтра я снова в смене. Приходи, если хочешь узнать, что на самом деле прячут в подвале. Если, конечно, не боишься, что твой хвостатый друг станет частью «Большого эксперимента». Он, кстати, рыжий? Ну, значит, точно подойдёт...
Продолжение следует...
- Кто говорит в подвале? Самое ли это страшное, что скрывают врачи, или Галина Петровна просто перегрелась на солнышке? И не станет ли её излишнее любопытство причиной, по которой она сама в следующий раз окажется в клетке — уже без швабры?
Ответы на эти и другие животрепещущие вопросы — во второй части наших клинических хроник. Мониторьте наши истории, чтобы не пропустить! Потому что если Галина Петровна говорит, что завтра будет продолжение, значит, оно будет. И это не обсуждается….


